Автор: Гульзар Маратбек кызы
«Мерген» – второй полнометражный фильм кыргызского режиссера Чингиза Нарынова, ранее снявшего драму «После дождя» и несколько документальных картин. Производством фильма занимались Национальная киностудия «Кыргызфильм» и Citylab Production. Отмеченный Гран-при Бишкекского международного кинофестиваля, призом международной федерации кинокритиков FIPRESCI, а также вошедший в программу Роттердамского международного кинофестиваля, «Мерген» стал одним из самых заметных кыргызских фильмов последних лет. При этом картина показательна и в другом смысле: она обнажает разрыв, характерный для многих кыргызских релизов последних лет, – визуальная форма развивается, но качество сценария за ней не поспевает.
Текст содержит спойлеры.
В «Мергене» легенда о проклятии «кайберен» – покровителя диких животных, карающего охотников, не знающих меры, получает неожиданное жанровое воплощение в форме мистического неонуара. Действие разворачивается в вымышленном городке Мерген среди Тянь-Шаньских гор, пришедшем в упадок после развала Советского Союза. Молодой следователь Нуртай расследует загадочную смерть охотника и постепенно выходит на след браконьерской сети, которой руководит влиятельный предприниматель Керим. Одновременно героя начинают преследовать видения, похожие на те, что когда-то стоили рассудка его отцу. Однако вскоре становится ясно, что они связаны со смертью семилетней Анары, погибшей во время незаконной охоты, и с попыткой вновь открыть заброшенный золотой рудник на священной земле. Чтобы раскрыть правду, Нуртаю приходится столкнуться не только с чужими преступлениями, но и с собственным прошлым.

Бесспорное достоинство «Мергена» – его последовательный визуальный язык. Фильм выстраивает цельную эстетику, не распадаясь на отдельные удачные сцены. Несмотря на обилие дневных сцен и естественного света, фильм выдерживает мрачную атмосферу. Вместо темноты атмосферу здесь держат холодная цветокоррекция и туман, размывающий границы реального. Захватывающие дух виды заснеженных гор придают ощущение одновременно величественной и беспощадной силы природы. Постоянное присутствие гор от кадра к кадру как будто не дает забывать, что с силой природы здесь нужно считаться. Во многом это заслуга операторской работы, которая уверенно работает и с масштабом горных пейзажей, и с выразительными крупными планами актеров, превращая визуал в полноценную часть драматургии.
Особенно изобретательно построена экспозиция фильма. Пролёт камеры над городом с музыкой и бодрым закадровым голосом легко принять за часть экспозиции. Но кадр внезапно прерывается и оказывается отрывком видеоблога, случайно запечатлевшим труп, переворачивая тон повествования с безмятежного вступления в тревожное начало детектива. Этот переход одновременно знакомит зрителя с городом, задаёт атмосферу и запускает расследование. «Мерген» также неплохо экспериментирует с нелинейным монтажом, предлагая нам самим восстановить хронологию событий. Фильм параллельно развивает две линии: зритель одновременно видит, как разворачивались убийства, и следит за тем, как Нуртай постепенно восстанавливает их обстоятельства. К концу первого акта «Мерген» успевает увлечь зрителя и визуальной формой, и детективной интригой, но в то же время задаёт планку, которую фильм дальше не удерживает.

Нуртай (Өмүрбек Израилов) – немногословный, принципиальный следователь, противостоящий прогнившей системе. Его редкие сцены с детьми раскрывают мягкость характера, а линия с отцом постепенно превращается в попытки переосмыслить прошлое и признать в себе пугающий дар. Помимо этой внутренней арки, Нуртай редко выходит за рамки типажа честного полицейского. Главный антагонист фильма Керим (Назым Мендебаиров) тоже остается прежде всего воплощением коррумпированной системы и разрушительного отношения к природе.
Наиболее сложным персонажем фильма оказывается Жаңыл (Калипа Таштанова), в которой гораздо легче узнать обычного человека. Она пытается добиться опеки над Анарой любым путем, искренне веря, что спасает девочку. Она также убеждает охотника пойти на убийство снежного барса, чтобы «помочь людям прокормить их семьи». Её линия напоминает, что разрушительные системы не держатся только на откровенных злодеях. Поэтому проклятие кайберен настигает прежде всего её: с любовью надевая на Анару белую шубку, Жаңыл собственными руками приближает её смерть.

Большую часть хронометража «Мерген» существует как детектив, в который осторожно вплетена мистика. Расследование развивается благодаря поступкам людей, а сверхъестественное ненавязчиво присутствует где-то на заднем плане. Видения Нуртая скорее создают ощущение тревоги и передают его внутреннее состояние, а не предлагают готовые ответы. Во втором акте этот баланс постепенно смещается, сюжет все больше начинает полагаться на высшие силы, которые буквально «подсказывают» Нуртаю решения голосом Анары. Но главное разочарование преподносит развязка. Фильм здесь окончательно меняет собственную жанровую логику: в финале главный конфликт разрешается вмешательством высших сил, природу которых нам тоже не объясняют. В какой-то момент, Нуртай и вовсе перемещается во времени чтобы предотвратить смерть девочки, попутно отменяя главную трагедию, вокруг которой строилось повествование. Игры со временем редко обходятся без сюжетных условностей, но в «Мергене» развязка оставляет у зрителя больше вопросов, чем ответов. Ведь к этому моменту сама цепочка событий уже запущена: снежный барс убит, инвестор готов вложиться в рудник, а Керим продолжает управлять городом.

Дело даже не в «боге из машины», а в том, как развязка отменяет пройденный героем путь и его борьбу против системы дешёвым сценарным приёмом, который кыргызский зритель, пожалуй, готов простить только «Кайып булак». В результате расследование, за которым зритель следил почти весь фильм, частично теряет свой драматургический смысл, а вместе с тем теряет силу и высказывание фильма. «Мерген» очень точно связывает древнюю легенду о кайберен с современным Кыргызстаном, где место советского освоения природы заняли новые формы эксплуатации – иностранный капитал, местные коррумпированные элиты и бизнес, готовый переступить любую черту ради прибыли. Однако в финале борьба с этой системой просто остается где-то за кадром.

«Мерген» становится лишь очередной иллюстрацией главной проблемы кыргызского кино – режиссёры всё увереннее работают с жанром, атмосферой и визуальным языком, однако сценарий так и остаётся самым уязвимым элементом.
Возможно, это отражение самой индустрии, где культура сценарной разработки только начинает формироваться. Хороший сценарий рождается не только из таланта автора, но и из многочисленных редакций, обсуждений и переписываний – процесса, который требует времени, ресурсов и профессиональной среды. А может, дело в чём-то ещё – в том, как индустрия определяет для себя, что такое успех. Так или иначе, просчеты сценария в «Мергене» хочется воспринимать не как доказательство чьей-то неудачи, а как симптом взросления индустрии, и повод задаться вопросом: чего именно не хватает кыргызскому кино, чтобы сильная визуальная форма подкреплялась такой же зрелой работой с историей?
Мерген
Кыргызстан, 2025 / цв., 105 мин.
Производство: Национальная киностудия «Кыргызфильм», Citylab Production.
Автор сценария: Айкыз Гапарова.
Режиссер: Чингиз Нарынов.
Оператор: Урмат Тендик.
Художник-постановщик: Адис Сейталиев.
Монтаж: Наталья Полякова.
Исполнительные продюсеры: Айда Усонова, Чингиз Нарынов.
В ролях: Өмүрбек Израилов, Назым Мендебаиров, Калипа Таштанова, Регина Талантбекова.
Мировая премьера: Бишкекский международный кинофестиваль (Центральноазиатский конкурс – Гран-при, приз FIPRESCI).
Международная премьера: Международный кинофестиваль в Роттердаме (IFFR).